Анастасия Эльберг писательские ошибки

7 моих творческих (писательских) ошибок

Рассказывая о своем опыте, я предпочитаю акцентировать внимание на успехах и положительных сторонах писательской профессии. В основном, потому, что никому нет дела до того, сколько ногтей вы ободрали по пути на вершину. Люди видят лишь верхушку айсберга. Двадцать с хвостиком книг? Круто! Собственный писательский клуб? Круто! Портфолио, в котором значатся крупные порталы? Круто! Никого не волнует, кем вы были до того, как всего этого добились. Ну, почти никого (это «почти» относится к тем, кто не задает вопросов, а просто действует). С другой стороны, успешный успех уже давно не в тренде. Да и аудитория хочет видеть истинное лицо того, кого она читает. В конце 2019-го я много думала об этом и решила, что в 2020-м буду почаще делиться с вами не только своими успехами, но и своими неудачами. И начнем мы с ТОП-7 моих творческих (писательских) ошибок. Поверьте, создавать ТОП было непросто, все же двадцать лет опыта за спиной…

  1. Я много лет отрицала тот факт, что писатель должен изучать теорию.

Эта ошибка занимает лидирующую позицию и вряд ли когда-нибудь отсюда уйдет. Признаюсь честно: мне стыдно, но я и в самом деле так думала. Я была убеждена в том, что писатель может до всего дойти интуитивно, и теория ему без надобности. И доказывала это на каждом углу. Мое мнение по поводу теории изменилось в корне. Она нужна. Я бы даже сказала, необходима. А вот мой подход не изменился ни на йоту. Если ваша голова полна теории, которую вы не применяете, то вы — не писатель, а человек с головой, наполненной теорией писательского мастерства.

Вывод. Теорию нужно учить точечно, целенаправленно. И никаких списков книг «это должен прочесть каждый писатель». К слову, это актуально для всех остальных сфер.

2. Я до последнего верила, что творец — не продавец.

И до сих пор удивляюсь, что при таком подходе я в свое время собрала неплохую аудиторию. Словом — да. Я гордо заявляла, что я творец, а не продавец, и мечтала о том, чтобы ко мне прилетел волшебник на голубом вертолете. А в вертолете должны были сидеть литературные агенты и специалисты по продвижению авторов. Знаю, знаю. Это полный отстой. Полный отстой так думать и полный отстой в этом признаваться, да еще вот так, перед всеми. Но что было — то было.

Вывод. К добру или к худу, но сегодня творец — он еще и продавец. Нужно хотя бы уметь писать хорошие аннотации и писать вдохновляющие посты о ваших книгах.

3. Я была зациклена на идее бумажных публикаций.

А самое забавное в этом то, что я отлично понимала, как работает рынок бумажной книги, и четко осознавала, что бумажная публикация мне ничего не даст как автору (если не учитывать обласканное тщеславие, мой любимый из грехов). Я до сих пор помню трепет, с которым я разворачивала посылку со своей первой бумажной книгой. Со второй все было поспокойнее. А дальше — уже никаких эмоций. Почему я считаю это ошибкой? Потому что моя зацикленность не позволяла мне видеть другие сферы, в которых писатель может продвигать себя. К примеру, я могла бы раньше заняться продвижением в социальных сетях, а не писать сто двадцать пятый синопсис (при мысли о синопсисе меня до сих пор тошнит — если придется его писать, то я найму специалиста).

Вывод. Бумажные публикации ласкают наше тщеславие, но в современных реалиях они не имеют ничего общего со становлением автора. Чего не скажешь об электронных публикациях и страницах в социальных сетях.

4. Я очень вежливо отвечала на негативные комментарии.

Со времен ведения тысячного блога в ЖЖ за мной закрепилась слава скандальной особы, острой на язык. Это было актуально для всех сфер, кроме писательского творчества. Я считала своим долгом пространно и вдумчиво отвечать на все комментарии, даже если их автор переходил на личности и явно пытался меня унизить как человека, а не как творческую личность. Я была чемпионом вдумчивости и вежливости, когда мужчины отправляли меня на кухню, а женщины говорили, что я должна родить детей и перестать заниматься глупостями. Страшно представить, сколько времени и энергии я потеряла. С другой стороны, хорошо, что я одумалась, а то продолжила бы валяться в этом болоте.

Вывод. Люди, которые действительно желают вам добра, выскажут это соответствующим образом, без контекста. Вам следует очень четко очертить ваши личные границы и посылать на хер тех, кто будет их тестировать. Это будет трудно, я знаю. Временами тихий голосок внутри будет шептать вам: а вдруг критик желает мне добра? А что обо мне подумают, если я буду так отвечать? И знаете, что? На хер. Кто-то говорит вам, что женщины не пишут детективы? На хер. Ваши вампиры недостаточно вампирские? На хер. Кто-то говорит вам, что с читателем, который так вежливо указывает вам на недостатки, надо говорить красиво? На хер. Нельзя быть такой стервой? На хер. Слово «на хер» пишется слитно? На хер/нахер, и не говорите, что вам не предлагали варианты.

5. Я очень долго верила в то, что писательство — дело одинокое.

Писатели в своем развитии проходят несколько стадий. Две из них — «писатель стадный» и «писатель одинокий». «Писатель стадный» ищет свое стадо, иными словами, группу единомышленников. Он попадает на один из тематических ресурсов, где ему хорошенько обрабатывают мозги «гуру» и «пригурки». Если писатель умен, то он убегает подальше от этого сброда и превращается в «писателя одинокого». К счастью, фаза «писатель стадный» у меня была мега-короткой, а вот фаза «писатель одинокий» здорово затянулась. Я даже пыталась собрать вокруг себя клуб писателей-одиночек, но не преуспела (потому что они одиночки, кэп, как и ты, любопытно, да?). Знаете, в том, чтобы быть одиночкой, есть свои плюсы. Главный заключается в том, что ты можешь сваливать все свои неудачи на собственное одиночество и сетовать на то, что мир тебя не понимает. Бедный голодный художник, непризнанный гений, несчастное существо. А главный минус этой фазы заключается в том, что вы — кто угодно, но не писатель. Почему? Потому что жертва не может творить. Жертва может только потреблять, на то она и жертва.

Вывод. Писатель — это одна из САМЫХ социальных творческих профессий. Художник выражает себя образами. Музыкант — звуками. А мы, писатели, выражаем себя словом. Слово — это инструмент коммуникации. Мы не можем быть одиночками. Это противоречит нашей природе. Для того, чтобы творить в полную силу, мы должны стоять по колено в потоке жизни и впитывать все, что происходит вокруг, как губка. Это актуально для всех творческих людей, но для писателей — в особенности.

6. Я искренне верила, что если вдохновения нет, то писать не нужно (ибо творчество).

О да, да. Вся тема этих раздражающих творческих планов и творческих целей, которые якобы лишают нас вдохновения и свободы. Все сроки, заваленные по причине отсутствия мотивации к творческой работе. Все гордые заявления вроде «я — писатель, и я работаю только тогда, когда меня торкнет!». Творческая натура, тонкая душевная организация и все такое. Я искренне верила в это в течение энного количества лет, работая над своим первым романом. И, наверное, если бы не эта вера, я как минимум помнила бы, сколько лет его писала. Но я не помню, потому что провела это время в ожидании музы. Когда она не приходила, я страдала. Разумеется, на публику. В своих онлайн-дневниках. И мои читатели слезно меня утешали. Как мило. Вот только роман не продвигался. Писатель, который не пишет, не имеет права называть себя писателем.

Вывод. Мало кому по душе такая мысль, но писательство в основе своей — это ремесло. Ежедневная черная пахота. Вы можете украшать ее, придумывать ритуалы и заклинания, но основа остается прежней. Вы работает с вдохновением. Вы работаете без вдохновения. С вдохновением размером со всю Вселенную и с вдохновением, у которого нитевидный пульс (мы теряем его, доктор!). Итог один. Вы либо работаете, либо нет. Все просто.

7. Я никогда не воспринимала писательство как бизнес или предпринимательство.

Хотя это не мешало мне мечтать о том, что я обязательно заработаю миллионы в этой сфере. Я совершенно точно знала, что писательство для меня значит много больше, чем «просто хобби». Но даже после отработки всех предыдущих ошибок я не один год барахталась в темной воде, не понимая, куда нужно плыть. Справедливости ради хочу заметить, что этот пункт не совсем обычный и далеко не такой простой, как предыдущие. Для того, чтобы вы перестали видеть в писательстве только хобби и начали видеть в нем приносящее доход дело, должно сойтись несколько факторов. Вам как минимум нужно понять, что вы можете зарабатывать этим деньги. Люди, получающие сегодня миллионные (в долларах) гонорары, тоже поднимались к вершине. Просто у них миллионные гонорары уже есть, а у вас их еще нет.

Вывод. Верю ли я в то, что писатель может хорошо зарабатывать? Верю. Если другие смогли, то и я смогу. И вы тоже сможете. Дело за малым — не выдумывать оправдания вроде «на западном рынке все иначе», а изучать выигрышные стратегии и действовать. Миллионы не свалятся вам на голову (хотя удачи еще никто не отменял). Нужно закатать рукава и поработать. Работать нужно будет много и в самых разных сферах, от изучения конкурентов до детального планирования стратегии. Работать нужно будет, в том числе, и над собой. Признаете вы или нет, но творчество — это бизнес. Вы должны знать ваши сильные и слабые стороны. Ваши преимущества перед конкурентами. Вы должны знать вашу целевую аудиторию и уметь объяснить, в чем заключаются уникальные черты вашего продукта (и почему люди предпочтут именно его). Вы должны быть и стратегом, и тактиком. Уметь планировать на месяц, на год, на пять лет. И так далее, список очень длинный.

Тик-так. Слышите? Так уходит время, пока вы сидите и планируете, а другие действуют.

Анастасия Эльберг

anastasia.elberg@gmail.com

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *